Избирком Курской области

Листая старую тетрадь

15 августа

87

0

(Продолжение. Начало в №47  2020 г.)
ВОЗВРАЩЕНИЕ НА СЛУЖБУ
Тронулись. В Курске так было трудно с посадкой, что мне пришлось садиться через окно, вещи так же закинул, а Ниночка с сыном кое-как сели через дверь. В Москве на Владивосточный поезд билетов и мест не было, а добираться надо. Пришлось ехать Москва-Новосибирск, Новосибирск-Владивосток. Москва готовится праздновать своё 800-летие: красят, белят, транспаранты, лозунги. Вещи были посланы по билету, мы прибыли во Владивосток, а багажа нет. Вот это закавыка. Пароход отходит через несколько часов. Нину с одной женщиной устроил, проводил, а сам остаюсь ожидать багаж. Прождал, наверно, дней 10, жил на Первой речке у бывшего моего командира батальона майора Черненко, который стал командиром офицерской роты сопровождения грузов по островам. Пришёл пароход, я удрал на Сахалин, опоздал недели на две.
ИЗВЕРЖЕНИЕ ВУЛКАНА
1948 год был насыщен многими событиями на Малой земле, как называли мы свой Южный Сахалин, а именно: в ноябре 10‑14 на небольшом острове Матуа произошло сильнейшее извержение вулкана Сарычева. Это один из действующих вулканов Курильской гряды. Это конус полтора километра высотой, который занимает собой почти весь остров, его длина 11 километров, а ширина 6. На помощь людям пришли корабли. Оглушительный, всё потрясающий взрыв раздался в 2 часа ночи, многие спали. Кратер ревел и выбрасывал огненные бомбы. Океан штормил. На островные катера, шлюпки началась погрузка детей и женщин. Посадили всех, кроме роженицы, она была очень слаба, оставили до последней минуты. Вторая женщина с козой. Без неё ехать не хочет, лезет с рогатой на баркас, а моряки не берут, говорят, сначала спасти людей надо. Не села, разругалась и ушла. Говорит: «Не уеду никуда с острова, не оставлю козу в такой страсти». Ничего, заберём с последним катером. Молодец тётка! Делать нечего, поставили козу на хлебное довольствие.
НОВОЕ ЗВАНИЕ, НОВАЯ ДОЛЖНОСТЬ
В наш батальон с этого острова прибыло 330 человек, которых мы поставили на все виды довольствия, а капитаны Макаров и Анфимов с жёнами. В кабинет командующего привезли большой камень с Матуа, я себе отколол граммов 500, по геологической структуре он похож на пемзу, по цвету — на лёгкий угольный шлак.
В июне 1948 года мне было присвоено очередное воинское звание старший лейтенант. Вскорости я был переведён на должность помощника начальника штаба батальона, который был переименован с 8-го в 21-й. На этой должности я пробыл до отъезда в Москву.
Начальником штаба был майор Фёдор Фёдорович Муляков, с грамматикой он не особенно в ладу, так что вся работа по обработке документов лежала на мне, но служить с ним было можно. Меня он уважал, взаимоотношения наши хорошие. Командиром батальона был подполковник Бартьев, толковый мужик, но скоро получил перевод на Большую землю. По дороге в Москву он простудился и умер. Прибыл вместо него подполковник Мин Андреевич Костюк, закоренелый хохол, служака старый, но безграмотный абсолютно, упрямый, как осёл, а жадный, как Плюшкин. Он болел сердцем и всё время лежал в госпитале. Вскоре его демобилизовали, и он уехал в Полтаву. Работая в штабе, я подобрал хороших сержантов-писарей, таких, как Новиков (строевая часть), Телбухов (секретная), Дитенко (отдел учёта ординарцев и курильчан). Ребята освоили работу хорошо, трудились честно, за что от меня была им некоторая поблажка — увольнение в город.
ПРОВЕРКА ПОКАЗАЛА…
Я был включён в оперативную группу по проверке Корсаковского гарнизона, где квартировало много воинских частей. Мне поручили инспектировать Уставы Вооружённых сил, материальную часть оружия, проверку караульной службы, стрельбу. Работали мы много и напряжённо, мне приходилось оформлять в вечернее время всю дневную документацию. Однажды вечерком пошли по городу погулять — кто в кино, кто по улице побродить. Прохлада, морской воздух! К одному нашему товарищу, оружейному технику, прицепились морские патрули, мы вмешались, началась перебранка, в итоге его повели в комендатуру. О том, что мы инспектирующая группа, комендатура не знала, мы им командировочное удостоверение не показали. Комендант на разводе патрульного наряда давал задание-план: задержать столько-то рядовых, сержантов и офицеров, вот наш дружок и попал, якобы за нарушение формы одежды. Вернулись в своё расположение, доложили старшему, подумали, посумовали, что и как, и решили устроить капитальную проверку городской комендатуре. Когда наша группа с мандатами прибыла к коменданту, у него глаза полезли на лоб, стал добреньким, заискивающим, освободил срочно нашего оружейника, и давай ругать дежурного. Началась проверка всей деятельности городской комендатуры. Мы их прошуровали правильно. Некоторые получили после выводов комиссии большие взыскания.

(Продолжение следует)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Читайте так же